Себорейный дерматит

К.м.н. Т.В. Илешина ЦКВИ, Салон красоты <Вероника>, Москва

Учитывая широкое распространение и постоянный рост заболеваемости себореей и
себорейным дерматитом (СД), лечение этой патологии является одной из актуальных
проблем дерматокосметологии. Мы попытаемся рассмотреть эту проблему с разных
сторон.

Себорейный дерматит – хроническое воспалительное заболевание кожи, связанное
с повышением количества и изменением качества кожного сала. Проявляется
утолщением рогового слоя, жирным блеском и шелушением кожи. Поражаются СД те
участки кожи головы и туловища, на которых более всего развиты сальные железы
(волосистая часть головы, лоб, носогубный треугольник, область ушных раковин,
передняя область груди и межлопаточная область). При поражении кожи
волосистой части головы наблюдается истончение и поредение волос
. В
тяжелых случаях СД может иметь характер распространенного эксфолиативного
процесса вплоть до эритродермии.

В качестве возможных причин, способствующих возникновению заболевания
рассматривают генетические, метаболические и влияние внешней среды. Впервые в
1874 году Маlassez предположил, что возбудителем СД является Pityrosporum.
В честь этого ученого микроорганизмы получили название Malassezia. В
литературе можно встретить оба названия: Рityrosporum и Malassezia.
В настоящее время ведущая роль возбудителя Рityrosporum (дрожжеподобные
липофильные грибы) в патогенезе себорейного дерматита волосистой части головы и
перхоти подтверждена многочисленными клиническими и лабораторными
исследованиями. Эти дрожжеподобные липофильные грибы являются постоянным
компонентом микрофлоры здоровой кожи у более чем 90% населения. Однако многие
авторы расценивают этот факт, как широкое носительство Pityrosporum ovale
и Pityrosporum orbiculare. Грибы концентрируются вокруг сальных желез и
используют их секрет для роста и развития. Pityrosporum ovale (P. ovale)
или по иной классификации Malassezia furfur чаще встречается на
волосистой коже головы, а Pityrosporum orbicuiare на коже туловища.

При неблагоприятных условиях происходит нарушение барьерной функции кожи и
сальных желез. В частности, организм утрачивает способность контролировать рост
питироспоровых грибов, и их количество значительно увеличивается. Микрофлора
волосистой части головы в норме содержит 30–50% P. ovale, при перхоти она
на 75% состоит из них, а при средних и тяжелых формах СД концентрация P.
ovale
достигает 90%. Несмотря на ведущую роль P. ovale в очагах
поражения при СД выделяют почти все липофильные виды грибов.

Среди факторов, способствующих гиперактивации грибковой микрофлоры, ведущее
место принадлежит изменению состава кожного сала, что значительно нарушает
барьерную функцию кожных покровов. Среди причин, вызывающих эти изменения,
большинство ведущих дерматологов отмечают нейрогенные, гормональные, иммунные.

Общеизвестно, что себорея и, в частности, СД значительно обостряется
при нервном стрессе
. Пациенты с различными заболеваниями ЦНС и ВНС в
значительной степени подвержены заболеваемостью себореей, в различных формах ее
проявления. Больные параличами черепных нервов, параличами туловища, болезнью
Паркинсона и т.п. обладают огромной предрасположенностью к заболеваемостью СД,
CД у этой группы больных часто принимает распространенное течение с резко
выраженной торпидностью к проводимому лечению.

Большинство авторов, чьи статьи посвящены СД в качестве доказательства
иммуннодефицита при СД, приводят данные Wikler J.R. и др. о заболеваемости СД
среди пациентов с выраженными иммуннодефицитными состояниями: если у здоровых
людей СД встречается в 8% случаев, то у ВИЧ–инфицированных он наблюдается в 36%,
а у больных СПИДом – в 80% случаев.

Гормональный дисбаланс также лежит в основе развития себореи и себорейного
дерматита. СД наблюдается в неонатальном периоде и рассматривается, как реакция
на стимуляцию материнскими гормонами. Кроме того СД часто возникает в
пубертатном периоде. Уровень секреции и качественный состав кожного сала
определяется в первую очередь генетическими и гормональными факторами. И
действительно, у мужчин СД наблюдается чаще, чем у женщин, что
согласуется с предположением о конторолировании андрогенами деятельности сальных
желез. Митотическая активность, себосекреция и рост волос находятся под
непосредственным контролем андрогенов: свободного тестестерона тестикулярного
или овариального происхождения, дегидроэпиандростерона и 4–андростендиона
надпочечникового генеза. Это связано с тем, что на поверхности эпидермоцитов и
себоцитов расположены рецепторы к половым гормонам. Интересным является тот
факт, что уровень общего тестестерона в крови у большинства больных СД находится
в пределах нормы, но конверсия тестестерона в дегидротестестерон у таких больных
в 20–30 раз выше по сравнению со здоровыми людьми. Причем на участках кожи с
клиническими проявлениями СД данный процесс протекает наиболее активно. Наиболее
чувствительными и достоверными маркерами клинически выявленной и скрытой форм
гиперадрогенемии являются: фракция свободного тестостерона в сыворотке крови,
половые стероиды, индекс свободных андрогенов. В толерантных к терапии случаях
целесообразно дополнить обследование определением андренокортикоидов,
прогестерона, соматотропного гормона, гормонов гипофиза и гипоталамуса.
Предлагаемая общая схема патогенеза сводится к тому, что на фоне генетической
предрасположенности изменения в гормональном и иммунном статусе обусловливают
изменения в секреции кожного сала и нарушения барьерных свойств кожи, что
приводит к распространению и увеличению количества ранее сапрофитных
микроорганизмов и развитию очагов воспаления с нарушением иммунного кожного
ответа, салоотделения и кератинизации эпидермиса. В качестве характерных
клинических симптомов
заболевания рассматриваются шелушение и воспаление
кожи, сопровождающиеся зудом. Классическим вариантом является симметричное
вовлечение в патологический процесс кожи волосистой части головы, границы роста
волос, бровей, ресниц области бороды и усов. На коже головы появляются мелкие
муковидные белые чешуйки, или шелушение может принимать крупнопластинчатый
характер. Этот вариант течения СД характеризуется отсутствием изменений на коже
и рассматривается как сухая себорея. Многие больные при наличии
перхоти (слабая форма СД) предьявляют жалобы на кожный зуд. Если пациенты редко
моют голову, процесс прогрессирует, захватывает новые участки кожного покрова, и
шелушение становится более обильным. Воспалительные изменения при этом варианте
течения могут быть выражены незначительно. Более тяжелое течения СД
характеризуется эритематозными пятнами и бляшками, покрытыми муковидными или
сальными чешуйками, а в отдельных случаях чешуе–корками и геморрагическими
корками. В процесс может вовлекаться и кожа лба, заушных областей, области ушных
проходов, пациенты могут жаловаться на чувство постоянного дискомфорта на
пораженных участках кожи или интенсивный зуд. Часто выраженность субьективных
ощущений коррелирует с нарушениями ВНС. Если лечение не проводится, папулы и
бляшки могут появиться на гладкой коже лица, спины, груди и в отдельных случаях
осложниться вторичной бактериальной инфекцией.

К лечению СД следует подходить дифференцированно, в зависимости от
клинических проявлений, и всегда надо иметь в виду, что даже легкое
течение СД может при длительном течении привести к диффузной алопеции
,
ведь термин себорейная алопеция часто используют, как синоним обычного
облысения.

Современные методы лечения СД основаны на данных, подтверждающих его
грибковую этиологию. Установлено, что под воздействием антимикотических средств
через 24 часа происходит дегидратация и вакуолизация цитоплазмы в клетке гриба,
просветление клеточной стенки, от которой через 48 часов остается только тень.
Поэтому именно специфическому противогрибковому лечению СД отдается предпочтение
перед противовоспалительной кортикостероидной терапией. При поражении волосистой
части головы назначают шампуни, содержащие кетоконазол, цинк и деготь. Они
применяются не реже 2–х раз в неделю до ликвидации клинических проявлений, но не
менее одного месяца. В дальнейшем эти средства должны использоваться больными в
качестве профилактических средств не реже 1 раза в 2 недели. Кетоконазол
обладает высокой активностью в отношении многих грибов, и в особенности против
Malassezia spp. (Р. orbiculare). Общее МПК Malassezia для кетоконазола
составляет около 0,02 мг/л, c незначительной вариацией между видами. В целом
кетоконазол подавляет рост Malassezia furfur (P. ovale) в концентрациях,
в 25–30 раз меньших, чем остальные противогрибковые препараты, применяемые в
терапии себорейного дерматита, и в несколько раз меньших, чем любые системные
антимикотики. При нанесении местных форм кетоконазола на кожу эффективные
концентрации сохраняются внутри и на поверхности эпидермиса в течение 72 часов
после отмены препарата, что обьясняется сродством препарата к кератинизированным
тканям. Случаев устойчивости грибов к кетоконазолу не отмечается. При легких
формах течения СД с локализацией высыпаний на гладкой коже используют мазь, крем
или раствор противогрибкового препарата, применяемого 1–2 раза в неделю в
течении месяца. При тяжелом течении заболевания, характеризующемся наличием
очагов с выраженным воспалением и плотным наслоением чешуек, перед применением
антимикотических препаратов необходимо использовать кератолитики (салициловая
кислота, препараты дегтя и др.) или размягчить чешуйки при помощи масел с
последующим использованием шампуня с кетоконазолом. При неэффективности данной
терапии добавляют местно кортикостероидные мази, а в особо тяжелых случаях к
наружной терапии присоединяют прием системных антимикотических препаратов в
течение одной недели: кетоконазола – 200 мг/сутки, тербинафина – 250 мг/сутки,
флуконазола – 100 мг/сутки и т.п. Возможно назначение изотретиноина внутрь (как
и для лечения других тяжелых форм себореи). Ежедневная доза составляет от 0,1 до
0,3 мг/кг массы тела. Лечение продолжается в течение четырех недель. В
комплексную терапию включают витаминные препараты, антигистаминные препараты,
седативные средства, препараты для нормализации работы ЖКТ.

Необходимо отметить, что именно кетоконазол получил наиболее широкое
распространение в терапии СД
. Van Cutsen и соавт. установили, что in
vitro
кетоконазол обладает более высокой питироспорастатической и
питироспороцидной активностью, чем цинка пиритион и сульфид селена, а
использование шампуня с кетоконазолом дает лучшие клинические и микологические
результаты, чем применение шампуней с двумя другими перечисленными выше
препаратами. Также было отмечено, что in vitro препарат более эффективен,
чем другие азольные соединения, такие, как флуконазол, эконазол, клотримазол и
миконазол. Эффективность шампуня Низорал, содержащего 2% кетоконазол, доказана
многочисленными клиническими и лабораторными исследованиями.

Оптимальные клинические и микологические результаты дает 2% кетоконазол. В
частности, Tanew было установлено, что при применении 2% кетоконазола рецидив СД
возникает не ранее, чем через 4 недели после прекращения использования
препарата, и в этом отношении он превосходит шампунь с 2,5% сульфида селена.
Цинк–пиритион также оказывает прямое противогрибковое действие. МПК препарата
составляет, по разным данным, от 0,8 до 8 мг/л. Уступая кетоконазолу, цинк–пиритион
превосходит по противогрибковой активности другие препараты, в том числе сульфид
селении и некоторые имидазолы. В последнее десятилетие шампуни на основе цинка (Head
and shoulders
, Фридерм–цинк и др.) являются широко используемыми средствами
для лечения перхоти. Применение шампуней, содержащих деготь и отшелушивающие
средства, не дает быстрый и устойчивый эффект, особенно при длительно
протекающем процессе, так как устранение проявлений дерматоза (инфильтрации,
отека; шелушения, эритемы) не всегда приводит к быстрому устранению ставшей
патогенной флоры. И при отмене или смене шампуня процесс возникает вновь.

Таким образом, наиболее эффективными при лечении СД являются кетоконазол и
цинк–пиритион. Изучение механизмов противогрибкового действия этих препаратов
показало их разную природу. Кетоконазол подавляет биосинтез эргостерола через
фермент С14–a–деметилазу. Кроме того, этот препарат обладает антиоксидантными и
антиандрогенными свойствами, способен уменьшать и нормализовать выделение
кожного сала. Цинк–пиритион обладает выраженными антимикотическими,
антибактериальными и противовоспалительными свойствами. Точный механизм
противоспалительного действия солей цинка до конца пока не изучен. Предполагают,
что под действием цинка снижается выделение медиаторов воспаления интерлейкина 1
и интерлейкина IV. Ряд исследователей утверждают, что при большинстве дерматозов
в эпидермисе и сосочковом слое дермы снижен уровень цинка. Кроме этого,
препараты цинка уменьшают рост резистентных штаммов бактерий, подавляют секрецию
кожного сала. Таким образом, сочетанное действие кетоконазола и цинка–пиритиона
делает возможным кумулятивный эффект или взаимное потенцирование
противогрибковой, антиандрогенной и противовоспалительной активности и в
результате повышение эффективности лечения.

Это создало предпосылки для разработки комбинированных препаратов на основе
кетоконазола и цинка–пиритиона. В России зарегистрирован один из таких
препаратов – Кето Плюс, выпускаемый фирмой Гленмарк Фармасьютикалз
Лтд (Индия). Основным показанием к применению препарата являются перхоть и
себорейный дерматит. Проведенные в 2000 г. клинические исследования Pierard–Franchimont
с соавт. лечения тяжелых форм СД и торпидных к лечению вариантов перхоти
шампунем, содержащим 2% кетоконазол и 1% цинк–пиритион, показали высокую
эффективность сочетания этих 2–х препаратов. Было показано сокращение более чем
на 90% высыпания на волосистой части головы с купированием эритемы и зуда в
течение 4 недель.

В 2002 году на базе Поликлиники медицинского Центра Управления делами
Президента РФ ММА имени И.М. Сеченова Ю.В. Сергеевым и соавт. была проведена
оценка клинической эффективности комбинированного шампуня Кето Плюс в лечении
перхоти себорейного дерматита и атопического дерматита. В результате
проведенного исследования отмечено клиническое излечение у 64,5%, значительное
улучшение – у 16,7%, улучшение у 14,5%. Наилучшие результаты были получены у
больных с перхотью (излечение в 78%). Общая эффективность лечения больных всех
групп шампунем Кето Плюс составила 95,8%.

Таким образом, экспериментально и клинически доказано, что себорейный
дерматит вызывается грибком P. ovale (Malassezia furfur). Это
представитель питироспоровых грибов является постоянным компонентом микрофлоры
человека, но при определенных условиях нейрогенные, гормональные, генетические,
метаболические нарушения, а также влияния внешней среды (использование щелочных
моющих средств для гладкой кожи и кожи волосистой части головы) происходит
резкое размножение гриба и возникает заболевание себорейный дерматит или его
легкое течение – перхоть. Современные методы лечения СД основываются на данных,
подтверждающих грибковую этиологию этого заболевания. Перспективное направление
– сочетание 2–х препаратов, влияющих на различные звенья патогенеза СД. Решением
этой задачи явилось появление на рынке высокоэффективного средства, которое
продается без рецепта – шампунь Кето Плюс. Высокая клинически доказанная
эффективность этого препарата позволяет рекомендовать его в качестве лечебного и
профилактического средства при СД. Это, несомненно, снизит число запущенных
вариантов течения СД и позволит во многих случаях отказаться от применения
кортикостероидных препаратов наружно и системных препаратов внутрь, либо
значительно уменьшит показания к применению и дозы этих препаратов.

Оставить комментарий