Микроэндоскопическая септопластика у детей

Зябкин И.В., Карпова Е.П.
Кафедра детской оториноларингологии Российской медицинской академии последипломного образования

Заболевания полости носа и околоносовых пазух остаются ведущими в структуре ЛОР-патологии детского возраста. Лидирующее положение среди заболеваний полости носа и околоносовых пазух у детей в настоящее время занимает хронический риносинусит, наиболее частой причиной развития которого является деформация перегородки носа (Т.И.Гаращенко, М.Р.Богомильский, 2000).

Проблема диагностики и выбора лечебной тактики при деформациях перегородки носа у детей остается дискутабельной. До настоящего времени отсутствуют четкие показания к хирургическому лечению у детей, их возрастные критерии и методики проведения оперативного вмешательства. Не удовлетворяют также и результаты оперативного лечения, дающие большой процент осложнений.

Цель исследования:
разработка дифференцированного подхода к выбору хирургической тактики при деформациях перегородки носа у детей.

Материалы и методы:
С этой целью на базе ЛОР-отделения ДГКБ №13 им. Н.Ф.Филатова нами было проведено обследование и лечение 71 ребенка, за период с 2000 по 2002 год, с диагнозом: деформация перегородки носа, хронический риносинусит. Возраст детей составил от 3 до 14 лет. Из них мальчиков 40 (56,3%) и девочек 31 (43,7%). Всем детям выполнялась одномоментная коррекция внутриносовых структур, одним из этапов которой являлась септопластика.

Разработанный диагностический предоперационный алгоритм включал в себя анамнестические, клинические, эндоскопические данные и результаты компьютерной томографии в коронарной и аксиальной проекциях.



В нашей работе мы применяли: эндоскопы фирмы «Karl Storz» (Germany) 0°, 30° и диаметром 1,9 и 2,7 мм; микроскоп фирмы «Carl Zeiss» OPMI® ORL (Germany); набор микрохирургических инструментов фирмы «Karl Storz» (Germany) и фирмы «Aesculap» (Germany); компьютерный томограф CT-MAX 640 фирмы «General Electric» (USA).

Все дети были распределены в зависимости от объема и метода хирургического вмешательства на 3 группы:

I исследуемую группу составили 29 (40,8%) детей. У 18 (25,4%) из них была выявлена S-образная деформация перегородки носа и у 11 (15,5%) С-образная.

II исследуему группу составили 42 (59,2%) ребенка. У 19 (26,8%) из них был выявлен гребень, у 9 (12,7%) бугор и у 14 (19,7%) шип носовой перегородки.

Контрольную III группу составили 15 (21,1%) детей с различными типами деформации перегородки носа. Объем и метод хирургического вмешательства подбирался индивидуально в зависимости от выявленных изменений на КТ полости носа и ОНП и во время проведения эндоскопической диагностики.

На основании данных проведенного нами обследования, которое включало эндоскопическую диагностику и КТ полости носа и ОНП были определены показания к проведению эндоскопического или микроскопического вмешательства.



В I исследуемой группе операции проводились под контролем микроскопа по методике M.N.Cottle (1958). Гемитрансфикционным разрезом в кожной части колумеллы справа, и отсепаровывая мукоперихондрий обнажали каудальные отделы 4-х угольного хряща. Далее тунелировали перегородку с обеих сторон, полностью обнажая зону деформации.

Выделяли и извлекали деформированные участки хряща и кости, которые после моделирования реимплантировали. Во II исследуемой группе операции проводились под контролем эндоскопа 0°, 30° и диаметром 1,9 мм, 2,7 мм. Инцизия серповидным скальпелем выполнялась по ходу верхнего края деформации до хряща. Мукоперихондрий и мукопериост отсепаровывались распатором, обнажалась зона деформации. Скальпелем производился трансфикционный разрез хряща перед и за участком деформации.

Деформированный фрагмент выделялся и удалялся. Производили моделирование лепестков слизистой и фиксацию их силиконовыми «сплинтами» (А.С.Лопатин, 1998); в III (контрольной) группе при всех видах деформации применялась стандартная методика по M.N.Cottle (1958) с использованием налобного осветителя.

Оценку клинической эффективности проведенных оперативных вмешательств проводили на 7, 14, 21 сутки и через 6 месяцев после вмешательства, на основании клинических данных, эндоскопической диагностики и КТ полости носа и ОНП. Клиническую оценку проводили согласно 10 бальной визуально-аналоговой шкале. Из клинических жалоб учитывали динамику жалоб, наличие головных болей, нарушение обоняния, количество и характер отделяемого, выраженность отечности слизистой оболочки полости носа.

Результаты:
В I исследуемой группе процент «отличных» результатов составил 62%, процент «хороших» результатов составил 38%. Во II исследуемой группе процент «отличных» результатов составил 64%, а процент «хороших» результатов 36%.

В III (контрольной) группе процент «отличных» результатов составил 41%, процент «хороших» результатов составил 46%, процент «удовлетворительных» результатов составил 12% и процент «неудовлетворительных» результатов составил 1%. В I и II исследуемых группах «удовлетворительных» и «неудовлетворительных» результатов нами получено не было. 1% «неудовлетворительных» результатов в контрольной группе был связан с неправильным ведением больного в послеоперационном периоде и образованием перфорации перегородки носа.

Таким образом, в исследуемых группах клиническая эффективность была значительно выше по сравнению с контрольной группой. Данные результаты были подтверждены катамнестически.

На основании проведенного исследования можно сделать следующие выводы:

  • Разработанный диагностический алгоритм позволяет дифференцированно подойти к выбору метода и объема хирургического вмешательства
  • Показаниями к эндоскопической септопластике являются деформации в виде гребня, бугра или шипа
  • Показаниями к микроскопической септопластике являются S-образная и С-образная деформации
  • Применение указанных методик позволяет достичь выраженного клинического эффекта и рекомендовать их для практического применения в детской ринологической практике